Пятничные торги на Уолл-стрит завершились настоящей кровавой баней: американские фондовые индексы рухнули, стерев с рыночной карты сотни миллиардов долларов капитализации. Инвесторы бежали из рисковых активов, а главной причиной обвала стала эскалация напряженности на Ближнем Востоке, которая вновь всколыхнула нефтяные рынки и заставила игроков пересматривать свои стратегии. Об этом сообщает новостной портал Yahoo Finance.
Ключевой индикатор делового оптимизма — промышленный индекс Dow Jones — впервые с начала года опустился в коррекционную зону. Это означает, что индекс закрылся более чем на 10% ниже своего исторического максимума, что технически сигнализирует о переломе долгосрочного тренда. Еще более тревожный сигнал подал S&P 500: широкий рыночный индекс завершил самую длинную серию недельных потерь с 2022 года, потеряв за неделю 1,7%. Высокотехнологичный Nasdaq просел еще сильнее — на 2,1%.
Однако главный удар пришелся по лидерам предыдущих лет — так называемой «великолепной семерке» (Magnificent Seven), объединяющей крупнейшие технологические корпорации. За одну торговую сессию их совокупная капитализация сократилась на ошеломляющие $330 млрд. Инвесторы, годами считавшие бигтех неприступной крепостью, в одночасье начали выводить капиталы, перекладываясь в защитные активы.
Толчком к обвалу послужила динамика сырьевых рынков. Нефть марки Brent вновь рванула вверх, преодолев отметку $106 за баррель, а американская WTI закрепилась выше $100. Рост цен на «черное золото» стал зеркальным отражением геополитической турбулентности: рынок закладывает риски перебоев с поставками из стратегически важного региона.
Напряжение нарастает на фоне затянувшегося противостояния между Вашингтоном и Тегераном. Президент США Дональд Трамп дал Ирану отсрочку на 10 дней, перенеся крайний срок ультиматума на 6 апреля, однако Тегеран продолжает отвергать американские условия. Неопределенность, как отмечают аналитики, заставляет инвесторов готовиться к худшему сценарию — долгосрочному энергетическому шоку, который неизбежно ударит по потребительскому спросу и корпоративной прибыли. Рынок больше не верит в быстрое разрешение конфликта и начинает переоценивать риски, закладывая их в цены активов.
